В словах правды нет [DNK]

Изначально, название только направляет мысль, но потом начинает захватывать внимание. Особая идея служит обоснованием существования посредственности.

Социальный пакет жизненной энергии не смог обеспечить стабильность. Общение переходит в разряд работы, люди грустят, а в области индивидуального развития проходит потребительская реформа. 

Пустое поглощение смещается превознесением искусства. Удачная последовательность, череда верных решений или свежий взгляд? В любом случае, без великого творения не получить великий опыт. 

А к людям всё не тянет. Почему? Я и сам не знаю. 

Компактный ком мыслей слеплен из множества состояний, моментов, периодов. Признаться, я и сам не до конца понимаю некоторые обороты, которые подобрал с неделю назад. 

Тем не менее, стабильность в мыслях о внешней сепарации удивляет и меня. События, настроения, люди. Я всё сижу в довольстве личных красок. Довольство в бессознательно-созерцательной.

Как точно слова передают мысли? Мысль формируется через них изначально. Так её преподносит мозг сам себе. Эту же мысль, при том, можно выразить другими словами. 

Мысль остаётся прежней, но поданной в другой форме или является чем-то новым, служащим идейным наследником предыдущего? Что из себя представляет мысль до приобретения словесной формы? Образ или, может, настроение? Отдельные фразы, позже скрепленные воедино? 

Я люблю искусство, но не столько литературное. Слово пытается донести смысл, который из-за неверной формулировки может приобрести другой окрас. Недостаток информации, интонации, акцента, темпа влияют на результат. 

Изображение и звук, в свою очередь, запечатляет не столько конкретную мысль, сколько тот первородный образ, чувство, абстрактное порождение разума. Оно не заключает в себе этот образ, но вызывает у смотрящего образование того же образа изнутри.

Смотря на живопись, я не читаю условную «Войну и Мир», а пишу собственную версию «Войны и Мира» у себя в голове. Разве это не прекрасно?

И только сильнейший художник сможет создать истинное искусство. И только истинное искусство способно пробудить самые глубокие чувства, которые остаются с тобой навеки. 

Я знаю, что должен сделать. Уверен ли я в том, как это сделать? Готов ли к тому, что придётся отдать?

Великие творения требуют терпения, упорства и самопожертвования. 

Отдам ли я себя? Примут ли это другие? Когда же перепутье окажется позади? Ответ дать может лишь тот, кто задался вопросом.

Что по-настоящему ценно? В один момент человек заполняет собой каждый угол той коробки, в которой прожигает дни, а неделей позже остаётся лишь усталость. Не обоснованная, не привязанная к кому-то конкретному. Круг общения стал окружностью. Все одинаково далеки, но остаются рядом. 

В попытке выяснить причины или найти решение, невольно ловишь себя на мысли: "А нужно ли оно вовсе?"

Впервые за долгое время, одиночество не исходит из подавленности и не порождает её. Умиротворение в сопровождении творческих потуг, которые представляются чем-то действительно возможным и, более того, важным.

Важнее, чем окружающие?

Что заслуживает того, чтобы человек переступил через себя? Поставить себя на место других – значит поставить себя выше. Но я остаюсь на месте, откуда нарушаю собственное представление о себе. К слову, в этом абзаце слово «себя» употребляется четырежды, не считая это предложение.

Желание человека определяет его значимость в чужой жизни. Взаимное затишье. Было бы действительно просто, будь другие тем же, что ты сам из себя представляешь, но жизнь показывает, что этого не случится. Стремиться к себе. Нарциссизм. 

Перемены стали бы извращением в чужеродный образ. Меньше тщеславия привнесло бы за собой достижение самой самовлюбленной цели. Иронично получается. Будто по закону, обладатели чего-либо хотят иметь другое взамен.

Человек не удовлетворён. Это не изменить. Может, оно и к лучшему. Без стремления, без цели, мы не существуем.

И если стремления не занимать, поставь цель недостижимую и перестанет существовать вместе с тобой и всё, чем ты дорожишь.

У мертвеца мотиватора два. 

Теперь мне ясно, что я имел ввиду тогда.

Спасибо.